» » » Откровения двукратного чемпиона мира

Откровения двукратного чемпиона мира

0 169 05-03-2019 18:39

Откровения двукратного чемпиона мираСергей Устюгов
Родился 8 апреля 1992 года в Междуреченском (Тюменская область).
Двукратный чемпион мира (2017). Также имеет в активе четыре серебряных и одну бронзовую медаль с чемпионатов мира (2013, 2017, 2019).
Победитель "Тур де Ски"-2017.
Сергея Устюгова можно считать одним из главных неудачников завершившегося чемпионата мира в Зефельде. Он, будучи одной из главных звезд мировых лыж, выиграл в Австрии только одну медаль – серебро в эстафете, оставшись без наград в личных гонках. Да еще и стал героем одного из главных скандалов турнира, сцепившись после полуфинала личного спринта с норвежцем Йоханнесом Клебо, за что заработал дисквалификацию.

В большом интервью "СЭ" Устюгов объяснил, как относится к этим результатам, поделился планами на будущее, жестко высказался о лишних людях в сборной России, прояснил свое отношение к Дмитрию Губерниеву и назвал лыжника, с кем бы подрался по правилам ММА.

– Два года назад вы говорили мне, что верите в высшую справедливость в спорте. После того, что получилось с Пхенчханом-2018, обидной травмы прямо перед стартом этого сезона и неудачного выступления на нынешнем чемпионате мира, не изменили мнение по этому вопросу?

– Нет, значит, так было суждено. В жизни все происходит не просто так. Нужно преодолеть это и двигаться дальше. Конечно, неприятно, и хотелось выступить в Зефельде лучше, но уже ничего сделаешь.

Возможно, сказался тот перелом пальца. Я недобрал по объемам. Плюс стартов в этом сезоне у меня получилось очень мало. Женька Дементьев в прошлом году, когда вся эта история с отстранением закончилась, говорил мне ехать на этапы Кубка мира в Лахти, Фалун, стартовать там, чтобы не растерять соревновательный опыт.

– Но вы не поехали.

– И сейчас чувствуется, что гонок не хватает.

– Отвыкли соревноваться?

– В какой-то степени. Особенно это ощущается в контактной борьбе. И я везунчик, что сумел попасть в призы на этом "Тур де Ски". В начале зимы вообще не думал, что попаду на чемпионат мира.

– Здесь после гонок вы не производили впечатление человека, которого дико злят такие результаты.

– Чемпионат мира – это тот же этап Кубка мира, только мы сидим в одном месте и бежим шесть гонок подряд. Если ты готов – то просто показываешь это. Я был реально заряжен на первые две гонки. Но в спринте вы сами все видели, а в скиатлоне не смог удержать темп классикой. После этого было маленько не по себе. Головой я готов на большее, а тело не позволяло.После эстафеты пришел в комнату, и Женька Белов говорит: "Блин, так это было тяжело. Даже я устал, смотря на тебя". На первых двух кругах я нормально работал, но потом просто обрубило.

- Видел вас в гостинице после эстафеты, и вы были сильно вымотаны. Морально чемпионат мира истощил полностью?

– Начнем с того, что, когда началась зима, я даже не думал, что вообще попаду на чемпионат мира. Понимал, что если не наберу форму и не покажу результата, смысла ехать сюда просто нет. Пусть даже у меня была персональная квота на скиатлон как у действующего чемпиона мира. Только после "Тур де Ски" поверил в себя. Но потом опять все пошло не по плану. Простыл, из-за этого не сбегал в Отепя классический спринт – а это и было основным отбором на командный спринт. Исходя из этого понимал, что любая медаль в Зефельде была бы крутым результатом.

– Включая эстафетную?

– Да. Хотя предполагал, что здесь медаль у нас будет и я должен проходить в состав. Правда, после Ульрисехамна, где от меня уехал Артем Мальцев, были сомнения и на этот счет. Но, пробежав скиатлон, я вернул себе право. Другое дело, что в эстафете все сложилось иначе. Бывает… Как говорят мне многие: "Это всего лишь спорт. В жизни много еще интересного".

– Согласны с такой позицией?

– Не совсем. Столько лет занимаюсь этим не просто так. Я знаю, чего хочу, а не так, что у меня в голове стоит знак вопроса, и я тренируюсь ради тренировок.

– Как принималось решение по участию в гонке на 50 км?

– Давайте откровенно. В эстафете у меня возникли проблемы с боком. И только тогда я примерно понял состояние боксеров, когда они пропускают удар по печени. В глазах темнеет, сил нет.

Вечером в тот же день я сходил к физиотерапевту, который работает в нашей группе. Он потрогал желчный и сказал, что действительно не все в порядке. А я до сих пор чувствую какой-то тонус с правой стороны. Потом зашел Маркус (Крамер, тренер Устюгова. – Прим. "СЭ") и сказал, что, если до 10 утра субботы меня не отпускает, мою кандидатуру на гонку не рассматривают.

Утром выбежал на кросс. Пробежал 10 минут, а потом пять шел пешком. Снова схватило бок. По приезду в Екатеринбург пойду на УЗИ, буду сдавать анализы. Нужно разобраться с этим.

– Прежде эта проблема не беспокоила?

– Только в юношах, когда делали скоростные работы. Частенько прихватывало бок на кроссах. Но в осознанном возрасте такое впервые.

– В субботу утром вспомнились слова Дементьева, который говорил вам, что сейчас ты вроде бы молодой и перспективный, а уже завтра старый и никому не нужный?

– Да, так и есть. Я давно понял, что, когда ты показываешь результат, тебя все любят и облизывают. Только оступился – сразу съедают. Это всегда и везде. С юниоров осознавал. Мой характер же многим не нравится.

– Что именно?

– Как я общаюсь. Всегда гну свою линию. Но это я подкреплял результатом. Буду делать это и дальше, чтобы меня не сломили.

– После эстафеты предполагали, что некоторые в комментариях начнут втаптывать вас в землю?

– Это нормально. Менталитет у нас такой. Что поделать?

– Вам скоро 27 лет. Как воспринимаете этот возраст?

– Старею потихоньку. Но многие раскрылись куда позже. Тот же Мартин Сундбю. Саня Легков вообще в эти годы только перешел в группу Изабель (Кнауте, немецкий тренер и физиотерапевт. – Прим. "СЭ") и окунулся в европейскую подготовку. У каждого спортсмена свой пиковый возраст и я своего, думаю, не достиг. Еще есть время, это не финиш пика. Думаю, своими результатами место в команде на следующий сезон я заслужил. А там буду биться.

– Есть такое мнение. Вы работаете у Крамера, который известен своей демократичностью. Говорите ему, что самочувствие не очень – он идет навстречу, снижает нагрузку. Но порой это происходит даже тогда, когда следовало бы заставить вас работать через не хочу.

– Это не так. Сначала у нас всегда идет диалог. Мы смотрим, какая работа была проделана вчера, позавчера, анализируем – и уже решаем, загрузился ли я там до предела и стоит ли мне продолжать. Такого, чтобы в первый день сбора я начал говорить: "Это мне не подходит, то не нужно и вообще я никуда не пойду", – конечно, нет. У нас всегда сначала идет обсуждение.

– Правда, что бегать классику так, как вы умеете, мешает старая травма?

– Нет. Она дает о себе знать только летом, во время кроссов после нагрузки. В такие моменты приходится крутить велосипед или садиться на роллеры. В спорте без травм никуда.

Я вот не понимаю, как бойцы ММА выходят на ринг после таких поединков. С другой стороны, они могут готовиться к бою месяцами и даже по полгода. Тем не менее, они как-то успевают залечивать травмы. Я подписан на многих физиотерапевтов, которые работают в единоборствах. Подмечаю какие-то упражнения. Интересно.

– Нет желания дополнительно поработать с одним из таких? Оле Эйнар Бьорндаленговорил, что если хочешь быть не на одном уровне со всеми, а лучше, то и работать нужно больше. И он редко ограничивался специалистами, которые были в сборной Норвегии. Прославленный биатлонист на свои деньги нанимал мастеров из разных областей.

– В этом плане я с ним полностью согласен. Вот у нас – вроде бы команда. Каждый получает зарплату за свою работу. Я, например, за то, что выступаю за сборную России. Но у нас есть люди, которые зарплату получают, а не делают практически ничего. Представьте ощущения, что играешь в футбол, однако половины команды на поле нет. Очень надеюсь, что этих "специалистов" в команде на следующий сезон не будет.

– Вы не стесняетесь говорить в глаза то, что думаете. С этими людьми разговор был?

– Я говорил им все. Но ничего не меняется. А у нас – спорт высших достижений, в котором мелочей не бывает. Сильно вдаваться в подробности по этой теме не хочу. Надеюсь, в самое ближайшее время вопрос будет закрыт. Просто обидно, что в команде немало и реально хороших специалистов – доктора, физиотерапевты. Одни работают, другие просто числятся. И тем самым портят атмосферу, негативно влияют на итоговый результат. В сборной есть люди, с которыми общаться я не буду никогда.

– Раньше вы не отличались желанием общаться со СМИ, но здесь поучаствовали и в пресс-конференции перед стартом турнира, и в микст-зоне после каждой из гонок с каждым общались столько, сколько было нужно каждому журналисту. Что случилось?

– Сам в шоке. Думаю, в следующем году я буду реже давать интервью. Все-таки в первую очередь моя задача – показывать результат. А разговоры и излишняя суета реально выматывают. Доктор уже заметил, что в Лахти-2017 я жил один, ко мне никто не ходил, и я от всех закрылся. Тогда и обстановка была другая – я был зол. А здесь мне казалось, что я готов.

– Ваш знаменитый лайк накануне чемпионата мира в поддержку того, чтобы турнир комментировал не Дмитрий Губерниев. Как так получилось?

– Там был комментарий, что вместо Губерниева пусть лучше комментирует Андрей Романов. Наткнулся, лайкнул, особо не задумываясь, а потом все так невероятно разошлось. Мне народ начал писать, спрашивать, почему я закусился с Губерниевым. Даже мама звонила. Объяснил ей, что ничего не случилось и просто журналисты раздувают на ровном месте.

– То есть к Дмитрию вопросов у вас нет?

– Да нет, с чего? Там просто была тема, чтобы заменить его на Романова. А Андрюху я знаю очень давно, он сам лыжник. Мне казалось, что он прокомментирует лучше. Про отношения с Губерниевым все начали нагнетать после того, как я давал в Рамзау интервью Сергею Смышляеву и сказал, что биатлон сильно раскрутили – копаются в нижнем белье.

Мы смотрели чемпионат России по биатлону и Дмитрий Губерниев говорил, кажется, про Антона Бабикова такие личные вещи, знать которые другим людям не надо. А он выложил на всю страну. И я бы не хотел, чтобы обо мне рассказывали так. Понимаю, что это раскрутка биатлона, но я просто такого не хочу. И даже пересматривая гонки с этого чемпионата мира, искал евроспортовские трансляции.

Повторюсь, никакого конфликта с Губерниевыму нас нет. Я нормально отношусь к Дмитрию. Он делает свое дело так, как считает нужным. Просто мне его подход неблизок.

– В ММА за кем следите?

– За многими. Очень расстроился, когда Жозе Алдо проиграл Конору (Макгрегору. – Прим. "СЭ"). В 5 утра из-за этого вставал, а бой закончился за 13 секунд.

– Болтовня перед боями вас не раздражает?

– Это раскрутка. Трештокинг, все дела, у них так принято. Примерно то же самое в лыжах между шведами и норвежцами. Всякие стебные видео друг над другом снимают. Шведы вот недавно прикольное сделали.

– Почему Россия не участвует в этом?

– С пацанами уже смеялись, что, если бы они про нас такое сняли, мы бы такое им устроили.

– Если бы у вас была возможность выйти в октагон с любым из лыжников, кого бы позвали?

– Ох, да много кандидатов. Но после спринта я бы, не задумываясь, позвал Клебо! Это все шутки, конечно (смеется).

– За тот спринт у вас до сих пор есть претензии к нему?

– Тема спорная. Сам уже начинаю сомневаться, что нам нужно было делать. Просто теперь буду знать, что можно закрывать и толкать тех, кто лезет. А сам впредь не буду лезть в такие моменты.

– После Лахти-2017 вы были главным героем лыжного мира. Затем последовала пропущенная Олимпиада и чемпионат мира, на котором вы остались без личных медалей. Есть ощущение, что теперь вам нужно доказывать все с самого начала?

– Разве что себе. Но я примерно знаю, что мне нужно делать и что менять. После сезона я уже буду понимать, куда двигаться. В субботу утром собирал лыжи, чтобы увезти домой, кое-что взял у спонсоров для спортшколы в Междуреческом. Парни на завтраке спрашивают: "Ты куда?" Я им: "Все, завязываю. Собираю все лыжи – и домой". Дэнчик Спицов пошутил, чтобы я совсем уж все не забирал – оставил им на марафон. Но все как-то так быстро разлетелось. Встречаю Саню Большунова. Спрашивает: "А где проводы будут?"

– А вы?

– Говорю, что на чемпионате России, в Малиновке, мол, все, конкретно решил. Смотрю, у всех лица серьезные. Я им: "Да не дождетесь, парни!" А кто-то из-за стола: "Давай-давай, завязывай лучше" (смеется).

Так просто не уйду. Хотя сам к Максу Вылегжанину подходил. Спрашивал: "Ну, когда? Ты самый древний здесь остался". А он отвечает, что когда молодежь начнет обгонять, тогда и уйдет. Посмотрим, что будет на чемпионате России. В прошлом году-то я еле-еле его выиграл. Я же пока уходить никуда не собираюсь. Мне только 26 лет. И я еще намерен побороться.

Источник