» » » Трифанов: «Российские биатлонисты слишком сильно зависимы от мнения людей, которые пишут в Интернет»

Трифанов: «Российские биатлонисты слишком сильно зависимы от мнения людей, которые пишут в Интернет»

0 128 08-01-2021 18:30
Трифанов: «Российские биатлонисты слишком сильно зависимы от мнения людей, которые пишут в Интернет»

Интересные моменты из интервью с бывшим лыжником и биатлонистом, а ныне корреспондентом споортивного телеканала "Матч ТВ" Ильей Трифановым. Полный текст интервью с Трифановым читайте в первоисточнике на rsport.ria.ru.


— У вас техническое образование. Не самый типичный выбор для экс-спортсмена.
— Мой отец программист. Потом, правда, он еще моим тренером поработал, но всю жизнь он писал программы. Когда я в глубоком детстве просил его поиграть со мной, он недолго думая, задавал мне задачки. В шестилетнем возрасте я уже умел решать уравнения. После такого пинка я хорошо учился в школе и закончил ее с серебряной медалью. Когда пришло время поступать в университет, я готовился стать олимпийским чемпионом, поэтому слабо представлял, в какой области еще могу быть полезен. Главное требование к институту — чтобы не мешали мне заниматься спортом. Отец посоветовал получить техническое образование: уже тогда было понятно, что самая востребованная и высокооплачиваемая профессия — айтишник. В итоге выбирал среди вузов, где медалистов зачисляли по собеседованию, так я попал в МИРЭА.
— Как учились?
— Договорились с отцом, что на первом курсе приоритет отдаем учебе, выступаем только на московских соревнованиях, никуда не выезжаем, учимся, работаем "на зачетку". У меня была стопроцентная посещаемость. А уже ко второму курсу Союз биатлонистов России направил бумагу с просьбой предоставить мне свободный график. Дальше я в институте появлялся нечасто, но сессии исправно закрывал и даже дипломную работу сам написал. На пятом курсе, правда, я уже на телевидении работал и понимал, что профессия инженера мне вряд ли пригодится.




Илья Трифанов, 2008 год. Архив сайта © rusbiathlon.ru

— Сколько у вас прыжков с парашютом?
— Всего один, но хочу еще. Мы прыгали с 2500 метров, а это всего 12-15 секунд свободного падения. В следующий раз надо забраться на четыре тысячи, там будет уже секунд 40. Мы прыгали еще в 2014-м вместе с Антоном Шипулиным и лыжником, призером Турина Иваном Алыповым после свадьбы последнего. Ему Антон прыжок и подарил. Прямо на утро после свадьбы мы поехали на аэродром Логиново под Екатеринбургом. По сертификату только Иван должен был прыгать, но парашютисты, увидев нашу делегацию, руками развели: "Да прыгайте все, раз уже приехали!"
— Сами не планировали сделать что-то свое, отдельное от "Матч ТВ"? (до этого вопроса речь шла о YouTube)
— До 2018 года моя работа на биатлоне на "Матч-ТВ" была одновременно моим главным хобби, увлечением и страстью. Когда выступал мой лучший друг (Шипулин. — Прим. ред.), я проводил все время, наблюдая за его потугами стать чемпионом, и старался об этом интересно рассказывать. Когда он ушел, азарт и эмоции угасли. Но! Потом у нас появились "обвязки". До гонок, после, между, все в прямом эфире, максимально оперативно, на постоянном адреналине, притом что даже без побед и медалей рейтинги запредельные! От этого я снова стал кайфовать. Но это только зимой… А в межсезонье пару лет назад в моей жизни появился покер.
— Он отнимает много времени?
— Страшно сказать… Я же не только играю, но и занимаюсь обучением, работаю над стратегией, разбираю раздачи, занимаюсь с тренерами. А с весны планирую начать стримить свои турниры.
— Недавно вы стали четвертым на одном турнире, где выиграли 5700 долларов.
— Было очень обидно! Это был Side-Event (побочный турнир) Мировой серии, где за победу давали чемпионский перстень. Я очень долго был чип-лидером. Но уже за финальным столом проиграл два важных "выставления" (когда все уже не от тебя зависит, а от крупье) и финишировал только четвертым. Правда, 4-м из 2180 игроков.
— Как проходят тренировки по покеру?
— Во-первых, есть много видеокурсов и вебинаров. Еще есть база сыгранных тобой раздач, десятки тысяч. Отправляешь их тренеру, он разбирает и находит твои типовые ошибки.
— Какое максимальное количество времени вы проводили за онлайн-покером?
— Турнир, на котором я выиграл 5700 долларов, длился девять часов. Вообще, чтобы дойти до финального стола подобного крупного турнира, минимум восемь часов за игрой нужно провести. За последний год около восьми финальных столов такого масштаба я отыграл. А самый длинный офлайн-турнир — позапрошлым летом в Сочи я занял 7-е место из 1980 игроков, выиграл 11 тысяч евро. Это был трехдневный турнир. В сумме около 20 часов.
— Одиннадцать тысяч евро — рекордный выигрыш?
— В офлайне да, а 5746 долларов — рекорд в онлайне.
— Не боялись, что появится зависимость и финансовые проблемы из-за покера?
— Я же играю не в кеш-покер, а плачу фиксированную сумму за вход на турнир. Для меня это как соревнования со стартовым взносом. К тому же прошлой весной я стал амбассадором покер-рума, и это стало средством заработка. Сколько я заработаю, правда, зависит целиком и полностью от качества моей игры, Именно поэтому я над ней и работаю.
— Сейчас, кстати, часто катаетесь на лыжах?
— Пик был, понятно, году в 2018-м, тогда мог и со сборниками средненькую тренировку попробовать выполнить. Хотя и в 2019-м, помню, с Латыповым откатал двухчасовую равномерную по горам Солт-Лейк-Сити. А потом стал в разы меньше кататься из-за покера. Но у меня работа такая, критичная к внешности. Если совсем ничего не делать — в экран не поместишься. Поэтому нет-нет катаюсь на лыжах, велосипеде, хожу в зал, бегаю.
— Легков не подшучивает, когда видит вас на лыжах?
— Кстати! В Зеефельде в 2019-м на ЧМ по лыжам я с ним пару раз катался, но я тогда в нормальной форме был, мог за ним и подержаться, поэтому даже не стыдно было. А вообще от самого себя времен соревнований (12-летней давности) сейчас я отличаюсь килограммов на десять. А Саша знает, как я выглядел раньше, поэтому при встрече частенько говорит: "Ну у тебя и будка!" Короче, такой друг-пендель под зад.




Уле-Эйнар Бьёрндален и Илья Трифанов, 2008 год. Архив сайта © rusbiathlon.ru

— Биатлонисты часто критически реагируют на вашу работу?
— Я ждал этого вопроса, потому что до сих пор есть одно недопонимание, и я бы хотел публично в прессе извиниться перед Ларисой Куклиной и признать, каким я был бараном... Прошлый сезон. Смешанная эстафета на этапе в Поклюке. Идет четвертый этап, бежит Ира Старых. После лежки мы пятые, до бронзы чуть меньше минуты. И в этот момент на интервью в микс-зону приходит Лариса, которая бежала третий этап. Я понимал, что интервью выйдет в эфир уже после финиша, потому что во время этапа Старых его впихнуть некуда. А записать нужно было прямо сейчас. И я начал разговор, сказав что-то типа: "Мы опять в шаге от медалей". Она оборвала: "Стой! Гонка еще не закончена…", ну я и объяснил, что интервью после финиша в эфир пойдет. Она так зло на меня: "То есть вы совсем в нас не верите!?" Уже потом я поставил себя на ее место и понял, что, скорее всего, сильно обидел. Извинился, покаялся тренерам и сервисерам, понял, что не прав. Сейчас вот хочу извиниться перед Ларисой снова, мне очень стыдно.
— Какой была самая неожиданная реакция от спортсменов на вашу работу?
— Кайса Мякяряйнен на третий год моей работы в биатлоне как-то спросила: "Вся та фигня, что ты спрашиваешь, потом куда-то выходит? Мне кажется, что ты просто развлекаешься, спрашиваешь-то полнейшую ерунду!" Откуда ей было знать, что программа "Биатлон с Губерниевым" в тот период была с приличным юмористическим уклоном.
— История с ботинком и сотней тысяч рублей за медаль взорвала интернет.
— Новость о Диме, жующем перчатку, соберет больше кликов и комментов, чем любая другая по соседству. Конечно, он эпатирует, разумеется, он провоцирует. Проблема в том, что люди пытаются во всем найти злой подтекст. Нашему человеку будто все время нужен враг. Вспомнить ситуацию с майонезом три года назад. Губерниеву не понравилось интервью Бабикова, Бабиков остро отреагировал на ответ Губерниева в репортаже, возникла конфликтная ситуация, и болельщики разделились. Причем болельщики, которые пишут комментарии в Сети, почти полностью встали на сторону Антона. А соль ситуации в том, что Губерниев и Бабиков потом помирились, а кто помирит Губерниева с болельщиками Бабикова? Они же не общаются. И так каждый раз. Дима с кем-то повоюет. Потом помирится. Но сторонники этого очередного оппонента свою войну с мышками и клавиатурами в зубах продолжают и никто их не остановит.
— Еще был конфликт Губерниева с Вячеславом Малафеевым.
— Десять лет назад! А через год Дима и Слава помирились. Но для фанатов Малафеева Губерниев остается исчадием ада. Для самого Славы Дима уже добрый приятель, а для поклонников Славы — враг навечно. У нас, например, еще люто хейтят Себастьяна Самуэльссона. За что?
— За отношение к российским спортсменам.
— Он не русофоб. У человека есть мнение, что его обманули в 2014 году. Самуэльссон просто хочет, чтобы обманщики были наказаны. Он не плохой человек. Просто он убежден, что русские его обманули. Ну вот провентилировали ему мозги настолько, что он верит в весь этот бред. Это не ненависть, это жажда справедливости. Просто он не стесняется об этом открыто и громко говорить, так за это его не презирать, а уважать скорее следует.
— Не считаете, что наши спортсмены слишком закрыты?
— Российские биатлонисты слишком сильно зависимы от мнения людей, которые пишут комментарии в интернете. В Сети никогда не похвалят. Если ты молчаливый и никогда не шутишь, то напишут, что ты скучный и унылый. Если ты пошутишь, то скажут — ах, ты еще и шутишь, когда у нас медалей нет! Невозможно угодить таким вот интернет-воякам, вот наши спортсмены и не пытаются, чтоб лишний раз не нарываться.
Источник