» » » Польховский: «Создана комиссия, которая разрабатывает систему подсчета рейтинга»

Польховский: «Создана комиссия, которая разрабатывает систему подсчета рейтинга»

0 35 07-09-2020 15:30
Польховский: «Создана комиссия, которая разрабатывает систему подсчета рейтинга»

Корреспондент РИА Новости Денис Косинов взял интервью у главного тренера сборной России по биатлону Валерия Польховского, в котором специалист ответил на множество актуальных вопросов. Полный текст интервью читайте в первоисточнике на rsport.ria.ru.


— Вы сейчас на Семинском перевале с мужской командой. Это пять часов езды от Барнаула. Откуда взялась идея сборов именно там? Ваша инициатива?
— Нет, это была инициатива тренеров мужской команды, которой руководит Юрий Каминский. Когда он работал в лыжных гонках, то проводил здесь сборы, и ему понравилась реакция организмов спортсменов на работу в горах Семинского перевала. Поэтому мне было необходимо организовать проведение сборов на высоком уровне. Этот тренировочный центр был основан еще в советские времена, история у него хорошая. В свое время Виктор Федорович Маматов очень много усилий приложил к развитию этого центра в среднегорье. Сейчас объект находится в частной собственности, здесь давно уже не были сборные по биатлону и лыжным гонкам, перевал немножко затерялся. Но руководство центра с удовольствием откликнулось на то, чтобы принять здесь сборную и создать все необходимые условия, прежде всего, связанные с мерами против коронавируса. Хозяева всё необходимое сделали, мы питаемся отдельно от всех, живем в гостинице, где, кроме нас, никого нет. Все меры по обеспечению безопасности команды выполняются. А что касается логистики, то существует прямой рейс Москва — Горно-Алтайск, он летит четыре часа. И два часа потом на автобусе. То есть, шесть часов дороги из Москвы, и мы уже в прекрасном горном месте, где все команды могут вести подготовку.
— Обычно осенью первые снежные сборы проходили в Рамзау, Контиолахти и тому подобных местах. Как будет на этот раз?
— Никаких сборов за пределами Российской Федерации не будет, с этим нет проблем, у нас есть и свои базы. 17-23 сентября в Тюмени пройдет летний чемпионат России. Потом мужские команды, и основная, и резервная, на период с 12 октября по 6 ноября уедут в Алдан. Это место в Якутии, которое знакомо и мне, и Юрию Михайловичу Каминскому. Там тоже прекрасный тренировочный центр. Еще там будут тренироваться несколько лыжных групп, это будет очень полезно для нас — потренироваться вместе с лыжниками и, может, даже посоревноваться. Женские команды будут готовиться в Тюмени и Ханты-Мансийске. А резервную команду Сергей Коновалов хотел бы сначала вывести в Петербург, чтобы начать работу в специальном тоннеле.

— Самый острый вопрос перед началом сезона — критерии отбора. Понятно, что их будет обсуждать тренерский совет, утверждать правление СБР. Но какими их видите лично вы на этот раз?
— Сейчас создана комиссия, которая разрабатывает систему подсчета рейтинга не только для участия в декабрьских этапах, но и на весь дальнейший период. Учитывается мнение тренеров сборной, в общем, выстраивается генеральная линия. Конечно, всё это будет озвучено на тренерском совете, также мы хотим выслушать предложения тренеров с мест из различных территорий. И только потом мы должны прийти к общему знаменателю. Мнение специалистов в регионах очень важно. Руководство СБР прекрасно понимает, что если будут сильные регионы, то будет сильная сборная России по биатлону.
— И всё же лично у вас уже есть в голове какая-то схема того, как надо формировать команду на сезон?
— Да, у меня эта схема есть. Но сейчас не надо бежать впереди паровоза, нужно исключить все возможные ошибки. Принцип один — сильнейшие должны ехать на этапы Кубка мира. Да, должна быть какая-то стратегия у тренеров сборных, нужно дать им возможность включить одного-двух спортсменов, чьи кандидатуры они будут отстаивать. Допустим, если кто-то приболел или "перегрузился" на сборах. Но задача понятна — сильнейшие должны выступать на соревнованиях самого высокого уровня.
— Анатолию Хованцеву, после того, как он был назначен главным тренером, два года назад поручалось разработать общую методику подготовки для всех сборных. А вы будете этим заниматься?
— Мы этим уже занимаемся. При СБР создан методический совет, который возглавляет Владимир Михайлович Барнашов. В совет входят Александр Грушин, тренер Шипулина Андрей Крючков и я, вот четыре человека. Надо понимать, что это не план работы сборной на ближайший сезон, а общая методика работы с биатлонистами, начиная с юношеских команд. Нужно выстроить систему, потому что у нас, будем прямо говорить, кто во что горазд. Но я скажу, что тренеры в тех регионах, где у нас проходят сборы, подходят, обращаются за советом. Это хорошо. Поэтому и нужно разработать систему на будущее, чтобы все могли ею пользоваться. Повторю, это стратегия будущего. Нужно разработать систему в часах и километрах, сколько нужно работать юноше такого-то года рождения и так далее. По всем возрастам будут рекомендации. Есть такое и в Норвегии, и в Германии, но мы сейчас разрабатываем своё. Этим и занимается методический совет.
— Вы предполагали несколько месяцев назад, когда вашу кандидатуру рекомендовало правление СБР, что будете работать с Робертом Кабуковым и Владимиром Королькевичем в качестве старших тренеров мужской и женской команд. Но в итоге старшими тренерами стали Юрий Каминский и Михаил Шашилов. Речь вовсе не о том, чтобы сравнивать профессионализм одних и других. Но факт есть факт. Вы планировали одну команду, а работать приходится с другой. Что-то меняется в вашей работе из-за этого?
— Да, меняется, конечно. С Кабуковым и Королькевичем мы прошли определенный путь, мы понимаем друг друга с полуслова.
— Но вот теперь вы работаете с людьми, с которыми вместе никакой путь не проходили. Это усложняет работу? Может, вы дистанцируетесь от старших тренеров? Или, наоборот, плотнее сотрудничаете?
— Никакой дистанции нет, мы просто узнаём друг друга. Это нормальное явление. Я разбираюсь в их направлении работы, вношу определенные предложения. Или они сами советуются по тому или иному вопросу. Если я предлагаю какие-то варианты, то тренеры могут их применять или не применять. Это их право, потому что уже сентябрь, а это венец предсезонной подготовки. Уже четвертый сбор сейчас проходит, поэтому что сделали, то сделали.
— То есть даже если вы считаете, что нечто было сделано не так, как нужно, то сейчас уже поздно что-либо менять?
— По сути, так. Но у нас в команде есть такое выражение в ходу: "Никто же спиной вперед не бегает. " (Смеется) Так что находим общее понимание и вырабатываем стратегию дальнейшей подготовки.
— Михаил Шашилов недавно сказал, что его задача — научить спортсменок тренироваться много. Вы согласны с тем, что их действительно нужно научить работать много?
— Я бы сказал по-другому. Задача тренера — найти баланс между объемом работы и ее интенсивностью. Для группы или для определенного спортсмена. Если удается найти этот баланс, то результат оказывается высоким. От большого объема работы как такового ты не побежишь. Недостаточно работать в первой или второй "зоне". Нужна и третья, и четвертая, и где-то пятая "зоны". Нужно баланс найти.
— Шашилов профессионал, он и сам это понимает. И тем не менее он подчеркивал, что работать нужно много. Надо полагать, он имеет в виду, что работать нужно больше, чем это было раньше. Вы согласны с тем, что это действительно необходимо?
— Я думаю, Михаил Викторович не совсем точно выразился. Он, конечно, понимает, что развивающая работа необходима.
— Безусловно. Но все же растолкуйте для дилетантов, верно ли утверждение, что биатлонистки сборной в последние сезоны работали не так много, чтобы этого было достаточно для достижения успеха?
— Скажу так. Мы можем оценить работу любого тренера, просто поглядев на табло. В предыдущем сезоне женская команда имела два подиума на этапах Кубка мира. Вот оценка правильности или неправильности работы команды. Шашилов так высказался потому, что он добавил — по сравнению с предыдущими сезонам — много чего, и прежде всего, объем работы. Вот так его следует понимать. А если взять 2003-2007 годы, то сейчас ничего нового в сравнении с тем периодом нет. То поколение девочек работало от пяти до семи часов в день. Вот и считайте, где больше, и где меньше. И вспомните, какие результаты были.
— Юрий Каминский — более чем уважаемый лыжный тренер. Но вот он старший тренер биатлонистов. Это в принципе нормально?
— Это покажет время. Юрий Михайлович прислушивается к другим тренерам, и к Артему Истомину, и к Максиму Максимову. Всей стрелковой подготовкой как раз Максимов и занимается, у него есть наработки. Он, как спортсмен, работал со многими тренерам, есть у него и личный тренерский опыт. В общем, помощники у Каминского хорошие, да и мы с ним разговариваем. Работа идет.
— Дело ведь не в том, чтобы восхвалять Каминского или принижать его достоинства. Это вопрос общего характера. Есть лыжные гонки, в которых Юрий Михайлович добился огромных успехов, а есть биатлон. Разумеется, биатлонисты бегают на лыжах. И все же это другой вид спорта. Насколько приемлемо для современного спорта то, что тренер без опыта работы с биатлонистами возглавляет мужскую биатлонную сборную?
— А вы вспомните, как к французам пришел тренер из лыжных гонок, Венсан Виттоз. И мы видим, какой шаг они сделали. И все его сделали! Не один Фуркад выступал достойно, а вся команда так выступает. То есть видно, что есть результат у целой команды. Это и говорит о силе тренерского корпуса. Не надо говорить об отдельных личностях. Медаль будет делать не один Юрий Михайлович. Медаль делают многие люди. Вот буквально сегодня на тренировку приходили болельщики и спрашивали: "А почему у вас так много тренеров? Девять человек бегают, а еще семь рядом стоят, зачем?" Я отвечал, что это и есть команда, которая может принести результат. Есть врач, есть биохимик, массажист, научный сотрудник. И три тренера. Вот и нужно уметь правильно выстроить работу этой группы. Это и есть задача СБР. И моя задача. Дело ведь не в одном Каминском. Нужно создать условия, чтобы тренеры и специалисты слаженно работали и находили контакт со спортсменами. В команде есть и опытные ребята, которые имеют свои взгляды на подготовку. Сейчас и Александр Логинов, и Матвей Елисеев, и Карим Халили готовятся самостоятельно. Ну и пусть готовятся! Они в постоянном контакте с тренерами, они понимают, что делают. Все сейчас встретимся на чемпионате страны в Тюмени, там и посмотрим.

— Насколько взрослые в нашей сборной спортсмены? Довольно долго считалось, что даже ведущие российские спортсмены — это такие инфантильные создания, которые не способны сами работать, а только ждут, когда им что-нибудь скажут тренеры и начальники. Но вот они, как и все мы, на несколько месяцев оказались в изоляции. Потом изоляция завершилась. В каком физическом и моральном состоянии находятся биатлонисты? Они выказали себя взрослыми людьми? Профессионалами, способными работать самостоятельно?
— В большинстве — да. Они прекрасно понимали, что когда выйдешь на старт зимой, никто не будет спрашивать, где ты был и в каких условиях оказался во время пандемии. Все готовились, все работали. Кто как мог. Кто в лес убегал, кто в тренажерном зале работал. Процесс не останавливался. Тем более, тренеры рассылали спортсменам планы, а те отправляли отчеты о выполненной работе и реакции организма. И так дело было организовано по всем возрастным группам сборных.
— То есть в большинстве своем биатлонисты сборных оказались ответственными людьми?
— Да, абсолютно так.
— Но вы не сказали, что ими оказались все, упомянули большинство. Нашлось и безответственное меньшинство?
— Есть такое, что греха таить. Может быть, увлеклись какими-то другими делами.
— И кто же оказался в безответственном меньшинстве?
— Не могу сказать, это наша тайна.
— Вот уж кто точно не инфантилен и профессионален, так это Логинов. Вы сказали, что уже обсуждали с Александром то, как будет строиться его подготовка. Считаете ли вы, что в какой-то момент ему обязательно надо будет примкнуть к команде? Или он хоть до начала сезона может готовиться индивидуально? Хватит ли ему интеллектуальных, моральных и прочих ресурсов для этого?
— Я думаю, что хватит. Парень опытный. И я думаю, что когда он только уходил на самоподготовку, то уже понимал, что и как будет делать. Он был сейчас на сборе в Сочи, участвовал в игровых тренировках, с чем-то ему тренеры помогали в стрелковой подготовке. Тренеры сборной с ним в контакте, он уже готов потихоньку подключаться к команде. Когда сборная после первого снега соберется, он уже планирует присоединиться к команде. Другое дело, что надо будет корректировать его нагрузку, потому что у Александра своя методика. Но тренеры его внимательно выслушают и помогут провести работу.
— Но не считаете ли вы, что от единственного спортсмена в сборной, который дает результат, стоит, грубо говоря, вообще отвязаться в смысле того, как он работает? Мол, пока у него получается, пусть работает, как угодно. Верен ли такой тезис?
— А почему нет? Пусть будет так. Зачем мы должны ему мешать? Получается у него — да ради бога! Если мы хотим создать сильную сборную, нам нужно не загонять людей в команду, а работать так, чтобы спортсмены стремились в неё попасть. Вот это задача тренеров.

— В этом смысле актуально, а что с командным духом в сборных? Опять-таки, вопрос вызван тем, что несколько месяцев все жили порознь. И вот они собрались. Так каков моральный дух?
— Мне тоже очень важно было знать, какова у спортсменов всех команд мотивация. Скажу так. Я не был пока только в команде Михаила Шашилова, то есть в основном женском составе. Не получилось. Но все остальные команды проехал, и могу сказать, что внутренняя мотивация у всех есть. Они понимают, что сезон будет сложным, и есть вероятность не успеть запрыгнуть в уходящий поезд (улыбается). Так что у всех настрой хороший, не видел никого, кто тренировался бы спустя рукава. Все мотивированы очень сильно.
— Несколько специалистов с известными именами сказали, что альтернативы Польховскому не видят. То есть, если мы хотим добиться успеха, то, кроме вас, никто с этим не справится. Как вам такие высказывания? Лестно? Или пугающе?
— Спасибо за такие слова. Конечно, это накладывает дополнительную ответственность. Но ни один главный тренер ничего не сможет сделать в одиночку. Нужен хороший коллектив, нужен контакт и с СБР, и с ОКР, и с Минспортом. У нас одна общая задача, одна сборная. Если удастся всё это собрать в единое целое, то у нас что-то получится.
— И всё же есть человек, который называется главным тренером, с него всегда и спрашивают. А некоторые весьма авторитетные люди считают, что главный тренер Польховский — это единственный шанс на то, чтобы, как вы сказали, что-то получилось. Так не пугают ли вас подобные высказывания? Или, наоборот, такое мнение вам льстит?
— Не пугают, но делают ответственность еще большей. Что ж, опыт такой работы есть. В 2002-2007 годах был у нас хороший контакт и с Минспортом, и со спонсором сборной, и коллектив в команде был хороший. И большинство важных решений принимал я. И если судить по моему опыту, то при таких условиях получаются довольно неплохие результаты. Так что постараюсь тот опыт, с какой-то коррекцией, конечно, перенести и на нынешнюю ситуацию.
— Это было бы замечательно, но вот вопрос. Сейчас ваши полномочия достаточны для того, чтобы все наиболее важные решения принимали именно вы?
— В принципе, да. Достаточны. Но подчеркну, что невозможно не слушать мнение тренеров сборных команд и мнения тренеров с территорий. Повторюсь, сильные регионы — это сильная биатлонная сборная России.

Источник